Previous Entry Share Next Entry
про адвокатов
tegaychik
Вот тут у нас одному мужику дали $2 миллиона за то что он подскользнулся на лужице в баре. Шо я хочу сказать?  Что я защищала почти идентичное дело которое было улажено за $30 тысяч, причём заплаченные не нашим клиентом торговым центром, а другим подзащитным.  Вот адвокатов принято ругать но как ваше дело обернётся зависит во многом от качества адвоката.  Зачастую люди этого не подозревают думая что факты - это важнее всего. Мол "я прав, так что я и победю."  Но на самом деле победит тот кому больше повезло с адвокатом.

У нас есть один знаменитый мэтр который сказал: "я могу выиграть любое дело. Мне чихать на факты, дайте только симпатишного клиента и ясные инструкции для присяжных."  И ведь на самом деле.  Он однажды просил миллионы для своего клиента у которого после аварии даже шрамика не было но были слегка придавлены яйца и было не известно повлияет ли это на его возможность иметь детей в будущем (может повлияет а может нет).   Он выиграл $400 тысяч (!) и был "разочарован".

  • 1
А сколько стоят услуги того адвоката-мэтра?

ты не поверишь, но столько же сколько и любого другого специалиста включая самого паршивого - треть вердикта. То есть если клиент получает $3 лимона, один из них идёт адвокату.

А если дело проиграно?

Тогда адвокат ничего не получает.

Сейчас работаю с английскими юристиами, который защищают клиента, с которого истец требует несколько миллиардов долларов. От других источников мне кажется, что адвокаты получают треть денег, которые остаются у клиента после решения суда.

это шикарная оплата

"я могу выиграть любое дело. Мне чихать на факты, дайте только симпатишного клиента и ясные инструкции для присяжных."

Лена, вот именно за это адвокатов и ругают. Плевать на факты, плевать на правду. Плевать на справедливость. Плевать на честность. То есть, в итоге плевать на дух закона.

Law equally protects good and evil.

Разве ? Я дилетант и обыватель. Есть где прочесть, почему американские законы должны защищать зло ?

Вы когда-нибудь слышали, чтобы прокурор бахвалился: "я могу выиграть любое дело. Мне чихать на факты. Я могу засадить любого и виновного и невиновного" ?

Невозможно такое представить. А адвокаты оказывается этим еще и хвастаются. Как можно за это не ругать ?

>>>Есть где прочесть, почему американские законы должны защищать зло ?

The principle is stated in the 14th Amendment to the Constitution: "No State shall…deny to any person within its jurisdiction the equal protection of the laws."

дело в том что очень редко бывает одна правда. всё зависит от индивидуальной точки зрения и ещё миллион факторов. решить кто тут в белом зачастую нелегко.

то есть у каждого человека своя правда. даже тот же закон которого дух ты защищает - это зачастую компромис политических и моральных точек зрения. поварившись в этой каше достаточно лет я на всё это смотрю как сложный лабиринт. раньше по юношескому максимализму мне хотелось быть прокурором потому что там яснее кто плохой парень - есть очевидные жертвы (как дети например) а есть негодяи. но при ближайшем рассмотрении там ещё много кого намешано и в основном серые и в крапинку а не белые или чёрные. зато у всех есть права. защиту которых и обеспечивает адвокат.

Анекдот вспомнила )

Два еврея прогуливаливаются,давно не виделись.

Абрам: - Здравствуй, Мойше, давненько не виделись мы с тобой. Какие чудные у тебя детки. Сколько им уже?
Мойше: - Доктору - четыре года, адвокату - скоро будет шесть )))

От адвоката многое зависит,это верно...


Много случаев, когда у обвиняемых нет денег, но тем не менее есть лоеры. Например, Хосе Баез взялся за дело Кейси Энтони. Я так понимаю, денег у нее не было, кейс длился пару лет, все были уверены в ее вине. На что он рассчитывал? Дело не на деньги, делить нечего. Говорят, защищал он ее не очень уверенно и выиграл дело ну почти случайно. В итоге, если не получил денег, то пропиарился. Но с большей вероятностью мог бы и проиграть. Что тогда? Или все же как-то оплачивается работа у криминальных адвокатов?

Publicity is a huge deal. Regardless of the outcome of the trial.

часто это бывают 'шумные случаи', которые служат для защитника опредеоённым целям. Вот примеры http://rapsinews.ru/judicial_analyst/20120822/264368322.html:

Иллюстрацией такой патологии может служить коллега-близнец Вержеса – Оскар З. Акоста, прототип одного из главных героев в "Страхе и ненависти в Лас-Вегасе" Хантера Томпсона. Подобно Вержесу, он старался брать в производство только самые безнадежные случаи, когда само имя и происхождение обвиняемого было синонимом приговора.

Известности этот "трехсотфунтовый самоанец" добился своей титанической борьбой по очищению суда от расовых предрассудков.

В 1967 году он защищал шестерых молодых чиканос (американские граждане мексиканского происхождения), которых арестовали за попытку поджечь отель "Балтимор", когда там произносил речь Рональд Рейган.

"На тот момент их виновность или невиновность были несущественны, поскольку процесс превратился в эффектную попытку свергнуть саму систему выбора большого жюри присяжных. Несколько месяцев Акоста вызвал в суд повесткой каждого судью Верховного суда округа Лос-Анджелес и провел – под присягой – длительный перекрестный допрос всех ста девяти на тему их "расизма", - вспоминает Хантер Томпсон в книге "Большая охота на акул".

Сто девять пожилых судей принудили бросить свои дела и отправиться в чужой зал заседаний, чтобы со скамьи подсудимых защищаться против обвинений в "расизме".

На протяжении разбирательств Акоста исходил из того, что все большие жюри настроены прорасистски, поскольку каждого их члена рекомендуют судьи Верховного суда на основании личного или профессионального знакомства. И, следовательно, большинство простых граждан, например чиканос, никак не могут быть обвинены "судом себе равных". Этот процесс был признан принципиальной победой Акосты и вызвал большой интерес у самых разных слоев общества.

"Теперь нужно заставить людей думать. Вынудить их думать", - в ходе процесса практически цитировал Акоста профессиональное кредо Вержеса. Сегодня примерно те же слова повторяют российские адвокаты, превращающие политически окрашенные знаковые процессы в шоу. Казалось бы, к этому аргументу невозможно придраться. Вопрос в том, к чему приводит на практике замена операций с законами рефлексией над оными. Ответом на него может служить дальнейшая история того же Акосты.

Однажды вечером в Лос-Анджелесе он решил, что единственно разумным способом вразумить судью, будет поджечь лужайку возле его дома, полив ее десятью галлонами бензина.

"А после Оскар не сбежал в ночь, как обычный вандал-псих, нет, он стоял посреди улицы и орал сквозь пламя в испуганную физиономию, выглядывающую из разбитого окна второго этажа, выкрикивал очередную свою проповедь в духе Билли Сандея (бывший бейсболист, введший моду на развлекательные приемы в проповедях – ред.) о справедливости и морали", - вспоминает Томпсон.

Суть пламенного текста Акосты сводилась к цитате Иисуса Христа: "И вам, законникам, горе, что налагаете на людей бремена неудобоносимые, а сами и одним перстом своим не дотрагиваетесь до них" (Евангелие от Луки, 11:46).

Профессиональная мутация Акосты, как ее описывает Хантер Томпсон, началась с потери "щенячьей любви к Праву". Рост сомнения в адекватности государственных законов и веры в несправедливость правовых норм сопровождался заимствованием для собственной адвокатской практики методов и стиля "черных пантер".

При этом, что интересно, Оскара 3. Акосту так ни разу и не лишили права заниматься адвокатской деятельностью в штате Калифорния, в отличие, например, от бывшего президента Ричарда Никсона. Пока что этой же стратегии придерживается и российское правосудие. Ошибка ли это, признак слабости и нерешительности?

Вряд ли. Ведь, в отличие от Акосты, в те же шестидесятые годы Вержес был осужден и на шесть месяцев лишен адвокатской лицензии за "антигосударственную деятельность". В итоге, Вержес стал политической фигурой, судебные проповеди которого разбирают ведущие философы. Фильм Барбета Шредера окончательно превратил адвоката-популиста в символ борьбы за права изгоев, а суд и законы зарифмовал с репрессиями.


часто это бывают 'шумные случаи', которые служат для защитника опредеоённым целям. Вот примеры http://rapsinews.ru/judicial_analyst/20120822/264368322.html:

Иллюстрацией такой патологии может служить коллега-близнец Вержеса – Оскар З. Акоста, прототип одного из главных героев в "Страхе и ненависти в Лас-Вегасе" Хантера Томпсона. Подобно Вержесу, он старался брать в производство только самые безнадежные случаи, когда само имя и происхождение обвиняемого было синонимом приговора.

Известности этот "трехсотфунтовый самоанец" добился своей титанической борьбой по очищению суда от расовых предрассудков.

В 1967 году он защищал шестерых молодых чиканос (американские граждане мексиканского происхождения), которых арестовали за попытку поджечь отель "Балтимор", когда там произносил речь Рональд Рейган.

"На тот момент их виновность или невиновность были несущественны, поскольку процесс превратился в эффектную попытку свергнуть саму систему выбора большого жюри присяжных. Несколько месяцев Акоста вызвал в суд повесткой каждого судью Верховного суда округа Лос-Анджелес и провел – под присягой – длительный перекрестный допрос всех ста девяти на тему их "расизма", - вспоминает Хантер Томпсон в книге "Большая охота на акул".

Сто девять пожилых судей принудили бросить свои дела и отправиться в чужой зал заседаний, чтобы со скамьи подсудимых защищаться против обвинений в "расизме".

На протяжении разбирательств Акоста исходил из того, что все большие жюри настроены прорасистски, поскольку каждого их члена рекомендуют судьи Верховного суда на основании личного или профессионального знакомства. И, следовательно, большинство простых граждан, например чиканос, никак не могут быть обвинены "судом себе равных". Этот процесс был признан принципиальной победой Акосты и вызвал большой интерес у самых разных слоев общества.

"Теперь нужно заставить людей думать. Вынудить их думать", - в ходе процесса практически цитировал Акоста профессиональное кредо Вержеса. Сегодня примерно те же слова повторяют российские адвокаты, превращающие политически окрашенные знаковые процессы в шоу. Казалось бы, к этому аргументу невозможно придраться. Вопрос в том, к чему приводит на практике замена операций с законами рефлексией над оными. Ответом на него может служить дальнейшая история того же Акосты.

Однажды вечером в Лос-Анджелесе он решил, что единственно разумным способом вразумить судью, будет поджечь лужайку возле его дома, полив ее десятью галлонами бензина.

"А после Оскар не сбежал в ночь, как обычный вандал-псих, нет, он стоял посреди улицы и орал сквозь пламя в испуганную физиономию, выглядывающую из разбитого окна второго этажа, выкрикивал очередную свою проповедь в духе Билли Сандея (бывший бейсболист, введший моду на развлекательные приемы в проповедях – ред.) о справедливости и морали", - вспоминает Томпсон.

Суть пламенного текста Акосты сводилась к цитате Иисуса Христа: "И вам, законникам, горе, что налагаете на людей бремена неудобоносимые, а сами и одним перстом своим не дотрагиваетесь до них" (Евангелие от Луки, 11:46).

Профессиональная мутация Акосты, как ее описывает Хантер Томпсон, началась с потери "щенячьей любви к Праву". Рост сомнения в адекватности государственных законов и веры в несправедливость правовых норм сопровождался заимствованием для собственной адвокатской практики методов и стиля "черных пантер".

При этом, что интересно, Оскара 3. Акосту так ни разу и не лишили права заниматься адвокатской деятельностью в штате Калифорния, в отличие, например, от бывшего президента Ричарда Никсона. Пока что этой же стратегии придерживается и российское правосудие. Ошибка ли это, признак слабости и нерешительности?

Вряд ли. Ведь, в отличие от Акосты, в те же шестидесятые годы Вержес был осужден и на шесть месяцев лишен адвокатской лицензии за "антигосударственную деятельность". В итоге, Вержес стал политической фигурой, судебные проповеди которого разбирают ведущие философы. Фильм Барбета Шредера окончательно превратил адвоката-популиста в символ борьбы за права изгоев, а суд и законы зарифмовал с репрессиями.

Прям адвокат дьявола какой-то.

Кстати, как у американских адвокатов в целом (см. сферический адвокат в вакууме) обстоят дела с морально-этической стороной дела? Все средства хороши? Есть принципы, и есть цена, за которую через них можно переступить? Никогда не пойду на это, это и еще вот это? Или как?

вот посмотрите пример на http://russian-divorce.ru/articles/index.php?id=243 (НЬЮ-ЙОРКСКАЯ КОЛЛЕГИЯ АДВОКАТОВ, Комитет по профессиональной этике)

да, есть у нас моральные и этические принципы, несмотря на плохую репутацию. мы просто люди и люди бывают разные с разными принципами. насчёт все средства хороши - так недолго и попасть в неприятности. этого мы боимся. мы вообще очень пугливые и осторожные существа.

Вы совершенно правы. В суде нет справедливости, а только суждения.. чье суждение убедительнее, тот и выиграл. а если адвокат знаком с судьею.. мням! )

А у нас в Казахстане есть только один аргумент для судьи(( и адвокат это посредник и хорошо если он может толково разъяснить сторонам что и за что))

  • 1
?

Log in

No account? Create an account